Парадный Петербург Карла Росси любит безупречные визуальные мистификации, и эти львы у Михайловского дворца сыграны тоньше, чем кажется на первый взгляд. Они не охраняют крепостные ворота и не демонстрируют свирепую ярость. Задача этих белоснежных хищников, застывших у парадной лестницы Русского музея, — держать масштаб огромной трехчетвертной колоннады, растворяя жесткую геометрию фасада в мощной пластике.
Перед вами — один из главных визуальных обманов классического Петербурга.
Эти белоснежные звери на парадной лестнице Михайловского дворца упрямо притворяются благородным итальянским мрамором, но стоит подойти вплотную и заглянуть в видоискатель, как обман раскрывается. Это чугун, отлитый в 1824 году на Санкт-Петербургском казенном литейном заводе по моделям скульптора Павла Петровича Соколова.
Архитектор Карл Росси обожал этот трюк: металл стоил дешево, а красили его так искусно, что у обывателя не оставалось сомнений — перед ним античный камень. Обратите внимание на детали, которые выдают истинную природу этих хищников:
- Швы под слоями краски
Вглядитесь в текстуру гривы и лапх. Каждая скульптура собиралась из нескольких литых чугунных деталей. Как бы тщательно мастера ни зачеканивали стыки, многолетние слои фасадной краски, сглаживая мелкую пластику шерсти, одновременно подчеркивают границы технологических швов. - Подсказка на постаменте
На правом гранитном блоке четко видна выбитая историческая надпись: «Отлиты въ С. Петербургскомъ Казенномъ Литейномъ Заводѣ 1824 года». Этот маркер — главный аргумент в спорах с туристами, которые продолжают верить в «мраморных» царей зверей. - Флорентийский след:
Росси не выдумывал пластику с нуля. Эти львы — точные близнецы хищников у Елагина дворца. Обе пары скопированы со знаменитых бронзовых львов на каскаде в Петергофе, которые, в свою очередь, восходят к античным флорентийским оригиналам Медичи. - Характер пластики
В отличие от живых, динамичных хищников конца XIX века, эти львы застыли в строгой академической позе. Лапа, опирающаяся на шар, — классический символ бодрствования и стражи (по легенде, если лев уснет, шар покатится и разбудит его). Но посмотрите на их морды: в них нет ярости, скорее — величественное, слегка удивленное спокойствие петербургских интеллигентов.