Каждый раз, гуляя по Невскому проспекту мимо Базилики Святой Екатерины, мы невольно поднимаем глаза к ее аттику. Там, на фоне петербургского неба, замерли фигуры четырех евангелистов.
В христианском искусстве у каждого автора Евангелия есть свой символ. У Марка — лев, у Луки — телец, у Иоанна — орел. На фасаде эти животные гармонично и естественно сидят у ног апостолов, создавая устойчивую композицию.
Но по канону символ евангелиста Матфея — это Ангел (крылатый человек). И вот здесь, похоже, скульптор столкнулся с серьезным композиционным тупиком.
Посудите сами: как усадить небесного вестника к ногам апостола?
- Сделать Ангела в полный рост рядом? Тогда две человеческие фигуры спорили бы за внимание.
- Сделать его крошечным у ног, как купидона? Это выглядело бы легкомысленно для строгого фасада.
- Да и нарушилась бы духовная иерархия — ангельский чин не может быть просто «атрибутом» на земле.
Спасая визуальный баланс и симметрию, мастер решается на смелый шаг. Он убирает Ангела и кладет к ногам Матфея… туго набитый денежный мешок.
И эта чисто ремесленная, художественная необходимость внезапно рождает глубочайший богословский Смысл! Скульптор напоминает нам о земной драме призвания святого. До встречи со Спасителем Левий Матфей был мытарем — сборщиком пошлин для Рима. Мешок у его ног — символ прошлой, неправедной жизни.
В своем Евангелии апостол описывает этот переломный момент предельно скромно:
«Проходя оттуда, Иисус увидел человека, сидящего у сбора пошлин, по имени Матфея, и говорит ему: следуй за Мной. И он встал и последовал за Ним» (Мф. 9:9).
Всего два слова. Матфей оставляет свои богатства, встает и идет за Христом.
Так попытка скульптора решить сложную композиционную задачу превратилась в безмолвную, но сильную проповедь на крыше храма.
Символ Павлин на изразцах
Символ Льва в убранстве храмов
Двуглавый орел в убранстве храмов
Символ Грифона в убранстве храмов
Символ Единорога в убранстве храмов
Доходный дом Дмитрия Ивановича Тырлова-Жданкова
